East ветеран Graffiti

«Власти пригласили «экспертов», которые бы обучили их способам борьбы с graffiti, – Chicago Vandal Squad! Разумеется, мое имя было им знакомо, и все начало закипать»

Дружище, больше двадцати пяти лет рисования!  Это похоже на то, о чем мы читаем в книгах про легенд старой школы с Восточного и Западного побережья. Чикаго – центр истории graffiti на Среднем Западе, о котором в принципе мало говорят.  Расскажи нам что-нибудь об этом и опиши свою роль в движении.
East: Я со скрипом могу говорить об истории Чикаго, потому что не обсуждал это уже сто лет. И я уверен, что взгляды на нее меняются от района к району. Но, исходя из моих воспоминаний и опыта, все было так: в 1982 друг предложил украсть из соседнего магазина краску в баллончике и выбраться написать что-нибудь на стенах в честь моего дня рождения (мне исполнялось 13). С десяти лет я занимался брейком и потому был знаком с graffiti из обложек альбомов и рисунков, которые находил в журнале BMX Plus, но я никогда не пробовал делать это сам. Мы совершили задуманное: друг небрежно начеркал какую-то ерунду, а я нарисовал брейкера и дутыми буквами написал: «Расслабься». Я решил подписаться как Sir – мое первое имя в graffiti. Это все происходило в небольшом провинциальном городке в пятидесяти милях от Чикаго – Краун Пойнте в штате Индиана, я жил там время от времени со своим отцом. Моя мама отказалась от идеи единоличного содержания меня и разрешала жить с отцом из-за «проблем с поведением». Изначально она была из Лоуэлла, Индиана, но потом переехала в Чикаго, поскольку там было больше работы. Когда она обосновалась, то стала звать меня приезжать как можно чаще. Я начал регулярно ездить с мамой в Чикаго и таким образом узнал и город, и его транспортную систему. Именно на линии Ховард я стал все чаще замечать graffiti, и они были гораздо лучше моих жалких проб в переулках старого доброго Краун Пойнта.  После этого я стал делать все больше скетчей дома, стараясь адаптировать под маленький город тот вкус и стиль, который я видел на крышах Чикаго. Вот имена и команды, которые я тогда замечал: Omen, Car crew, ABC, Feds, Trixter, Warp, Ille (первый встреченный мной поезд с полностью закрашенными вагонами), Slang, Orko, ACW, Fesski, Crazy Man, боже! И еще так много! Однажды в Чикаго я прошел мимо художественного магазина под названием Sheldons, в витринах которого было несколько объявлений, нарисованных в стиле graffiti. Заинтересованный, я зашел внутрь и увидел парня, который делал подрамники. Именно так я и познакомился с Fesski. Sheldons стал местом, в котором я часто болтался, и я заметил, что в него заглядывали многие лучшие райтеры Чикаго и окрестностей: Kato TDT, The Hit Men, Prove, Omen.

Именно там я познакомился с Hit Men (а позже стал и их членом) – командой из Индианы, слава о которых распространялась и за пределами границ Индианы и Иллинойса (спасибо, DZ Schitz!). Fess помогал мне с пирсингом, а также отвел меня на мою первую крышу (это было на южной стороне линии Дуглас В), после чего я стал их другом! Я переехал назад к маме и стал выбираться так часто, как только мог, чтобы набраться опыта и сделать имя. Я был одиночкой, ездил от линии к линии, от района к району в поисках точек и забивал их стикерами или тэгами.

Линия Лейк между центром города и станцией Кедзи скоро стала моей любимой зоной. Я перепрыгивал через турникет и ездил днем в поисках точек, а ночью шел к ним пешком, иногда целые мили от дома, чтобы разрисовать. На этой линии часто работали команды TAC, Feds и SAS. Именно там я получал свое «образование»: учил расписание поездов и время закрытия некоторых станций, а также бегал за вагонами, расписывал билборды на платформах и делал backjumps – это когда ты запрыгиваешь с другой стороны станции, пока из вагона выходят пассажиры. Я помню, как однажды делал backjump на станции Сент-Клинтон, и когда поезд отъехал, за ним стоял, прислонившись к рекламному щиту, Syse (Orko). Он выглядел круто, просто покачал головой и сказал: «Да вы просто сумасшедшие придурки!». Он потом продолжил расписывать станцию нашей краской!

В любом случае, это отступление от темы. А в итоге я встретил там легенду Чикаго, Trixter, который частенько наведывался на эту ветку. Trix был королем стиля, его вместе с парнями из их команды (Slang, Orko, TAC) невозможно было превзойти на их родной линии. В этом противостоянии на моей стороне были Hit Men, но Trix оказался по-настоящему любопытным, внимательным к деталям, ему хотелось все знать. Он хотел выяснить, кто я и почему начал этим заниматься, ведь белые ребята не начинают просто так бомбить на Уэстсайде! Мы несколько раз встретились и скоро стали друзьями, но его приятели, Ork и Slang, были настроены скептически. Ork был громким, энергичным выходцем из южной части города, который изначально всегда ходил в Уэстсайд, и ему тоже хотелось узнать, кто я. Однажды ночью он позвонил мне и начал нести какую-то чушь о том, что я не крутой. Он хотел порисовать со мной, чтобы доказать это, но, поскольку, по его мнению, я был лузером, мне надо было принести краску. [смеется] Только Orko мог попросить тебя принести краску, чтобы доказать тебе же, что ты лузер!

Я принял этот вызов. Добывать краску было одним из моих любимых хобби, так что это не оказалось проблемой. Ork подкатил на кадиллаке и при этом был одет во что-то совершенно безумное, словно собирался идти клеить девочек, причем двух сразу. Я сказал ему, что мы пойдем разрисовывать товарные вагоны, которые я нашел в конце одно тупиковой ветки. Я тайно их расписывал, чтобы усовершенствовать стиль и технику, к тому же они были всего в восьми кварталах от моего дома. Тогда никто не разрисовывал товарные поезда, а если вдруг кто-то начинал, то уж точно не болтал об этом, потому что это считалось странным и даже детским. Так что Ork сказал: «Какого черта я должен рисовать там?!». А я ответил, что я добываю краску, я и выбираю место. Кроме того, это круто. Я уверен, что это был первый товарняк, который Ork когда-нибудь расписывал, и он был в восторге. Мы сделали одинаковые рисунки, и он нарисовал пульверизатор, который закрашивает фон. Это было убийственно! Мы здорово провели время, и это положило начало нашей дружбе.

Это было где-то в 1988-1989, точно в начале эпохи graffiti на товарных поездах в Чикаго. Я знал, что другие в то время тоже на них писали (Southsiders, Hit Men), но, как я уже говорил, это тогда не обсуждали. Прошли годы, я встретил многих других ребят, которые также повлияли на меня, вроде Slang, Upski, Anti, Agent (Ages), Kato, но больше всего я благодарен Fisski, Feds и Hit Men за формирование тех основ, на которых выросли мои знания и стиль в graffiti. В то время, кажется, в 1990, меня знали во всем городе как первого, кто сделал за год больше ста рисунков, да еще и по всему Чикаго. Не такое уж и достижение по сегодняшним меркам, но очень круто для тех времен. Что ж, я немного рассказал об истории Чикаго и моей небольшой в ней роли так, как я это помню. Надеюсь, все, кто жил в Чикаго и прочитает это, оценят мою попытку восстановить все и не будут думать, что я кого-то обделил. Я хочу назвать те влиятельные команды и людей, кто не сыграл важной роли в моей жизни, но все равно заслуживают уважения! Итак, перечисляю: DEF, UFG, Stane, P Lee Fresh, THC, Smokey, DTE, Aerosoul, CH13, Mite, Pengo, DC5, Denz, Jesse DelaPena, GBC, Chirock, Doug Infinite, Mad crew и ABC!

В итоге ты переехал в Канзас Сити, штат Миссури. Как это повлияло на твои работы и на что это было похоже – помочь создать новое движение?
East: Переезд в Канзас Сити был важным шагом для творчества; там просто игровая площадка для тех, кто пишет graffiti! Пока я был там, туда также приезжали некоторые мои ближайшие друзья, невероятное количество товарных вагонов, это просто товарная столица США! Есть там одно место в индустриальной зоне, где находится главная развязка путей… Поезда, которые идут с одного побережья на другое, обязательно там проходят, прежде чем отправиться в пункт назначения. Можно увидеть graffiti со всей страны, сидя на одном месте. Я снова вернулся к расписыванию товарных вагонов, но масштабы увеличились и это больше не считалось игрой – наоборот, чем-то интересным. Один за другим начали появляться журналы и видео о товарняках!

Когда я переехал в Канзас Сити, на окраинах было некоторое количество graffiti, нарисованных своими: Krie и Gear (Quisp), – но им недоставало того технического уровня, какой существовал в больших городах. В итоге я встретился с Gear и Krie, а также с Seaone и Scribe, выходцем из Бостона, который тоже был тут новеньким. Впятером мы возродили мою чикагскую команду, ATT/TCK, и отнеслись к этому городу так, как к шлюхе за два доллара: делали что хотели, когда хотели и где хотели. Это была практически нетронутая территория, и после создания себе репутации в Чикаго, Канзас Сити был легкой прогулкой. Я стал опекать этих ребят и передал им свои знания за все прошедшие годы. Они уже были знакомы с graffiti, но я помог им перейти на другой уровень и пойти дальше. Они теперь одни из самых уважаемых и сами постоянно учат меня. Я присматриваю за этими парнями и очень их уважаю.

Окончательное разрушение городских стен, виадуков, крыш и дорог вызвали большее внимание местных властей, но зато стали появляться новые ребята, которые хотели, чтобы о них услышали. Люди вроде Aero, Cream (Dase), Last, Five, Femme, Gasp, Codak, Nyce, Smak начали бомбить город, и все окончательно слетело с катушек. Канзас Сити был ошеломлен, и graffiti стало главной темой местных газет и разговоров. Клэр МакКаскил [тогда – главный прокурор штата, а сейчас – сенатор от Миссури] публично призывала к суду над вандалами и предлагала награду в пять тысяч долларов тому, кто предоставит информацию, на основании которой можно было бы произвести арест. Это и правда привело к нескольким задержаниям: Smak и его команда, член Att Scribe. Мое имя упоминалось в газетах отдельным пунктом. Я немедленно прекратил заниматься graffiti и ушел в подполье, пока все не улеглось.

Власти Канзас Сити пригласили «экспертов», которые бы обучили их способам борьбы с graffiti, – Chicago Vandal Squad! Разумеется, мое имя было им знакомо, и все начало закипать. Дома обыскивали, новичков вынуждали сливать информацию, и достаточно большое количество райтеров поймали. Я всегда умел молчать и не давал людям знать много обо мне, а также никогда не звал никого к себе в гости. Когда год спустя все более-менее успокоилось, я смог выбраться невредимым. Остальным повезло меньше, но я знал, что они останутся верными мне – еще одно качество, которое я привил своим ребятам из ATT. На сегодняшний день graffiti в Канзас Сити процветает. Тут постоянно появляются качественные райтеры, и это хорошее дополнение к тем старикам, что начинали когда-то… Gear, Seaone, Krie, Scribe, Tene, Dase, Aero, Last, Femme, Five, Wip, Nice, Kiz-Niz и я.

Я знаю о твоей любви к велосипедам, но решил, что ты можешь рассказать о том, как столкнулись эти два мира и что ты видишь для себя в будущем.
East: Я всегда был любителем велосипедов. В душе я Мистер Biker, но меня также привлекает и BMX. Недавно мой друг основал свою BMX-компанию, она называется Failure Bikes и ему нужен был художник, чтобы нарисовать от руки графику для рамы, которую они демонстрировали в Вегасе в том году. У них был свой художник, но он ушел как раз перед дедлайном для премьеры этой рамы. Поэтому друг связался со мной и спросил, заинтересует ли меня такое предложение, и я ухватился за этот шанс. Рисунки стали хитом, и их очень хвалили и другие райдеры, и просто зрители в Вегасе, поэтому он пригласил меня на работу в качестве нового арт-директора. Это полезно и интересно, а также дает мне новый способ самовыражения. У Failure теперь рамы, сиденья, рюкзаки и футболки с моими рисунками, кто бы мог подумать?!

Ты упоминал имена людей из истории Чикаго, которые сыграли огромную роль в твоей жизни. А кто больше всего повлиял на твой нынешний стиль?
East: Люди, которые больше всего повлияли на мой стиль вообще, – The Feds. Trixter, Slang и Orko. Их усилия и те высокие стандарты, которые они установили в Чикаго в 1980-1990-х, всегда будут планкой для моей карьеры. Если у меня никогда не получится достигнуть этого уровня и стиля, то я буду знать, что сделал все, чтобы они могли гордиться мной. Возможно, единственная команда, которая дала мне то же чувство восторга и вдохновения – Aerosolics, но они влияли на меня не так сильно, как Feds. Вечная слава мастерам Среднего Запада!

Итак, ты смотришь «Спанч Боба» со своим сыном и в то же время изучаешь graffiti-работы на лэптопе. Кто сегодня заставляет тебя остановиться на секунду и присмотреться внимательнее?
East: Меня впечатляют команды 7th Letter и SUK. Они делают действительно крутые вещи. И мне кажется, что Pose из 7th Letter/ATT/DC5/Mayhem сейчас лучший райтер на планете.

Правда ли, что рисунки нужны для того, чтобы украсить пространство вокруг букв?
East: И да, и нет. Изначально персонажей и фоны делали именно для этого, но Slick и Hex переписали историю! Персонажи наконец попали в центр внимания, а буквы стали второстепенными. Сегодня нарисованный парень получает столько же уважения, сколько техника письма, если не больше. Это улучшило качество graffiti по всему миру.

Если бы ты мог изобразить свой смех в мультфильме, что бы это было?
East: Алфавит, брошенный в блендер!